Главная новость: Сайт Цивилизация открылся!
Шрифт:   




 


Новые публикации:
Рекомендуем изучить:
Это интересно:
Интересно знать:

Слово "цивилизация" происходит от латинского прилагательного civilis — "гражданский государственный". Приблизительно его можно перевести как "огражданивание", "возведение до уровня гражданина". Термин означает также и "восхождение к городской культуре", ведь civilis связано со словом civitas - "город", "город-государство". Именно в этом смысле понималось слово "цивилизация" в XVI-XVIII вв. Тогда западные мыслители обозначали им уровень культуры, соответствующий европейской городской образованности.

Интересно знать:

Цивилизация противопоставлялась невежеству, дикости. До сих пор в обиходе это значение слова сохраняется. "Цивилизация, цивилизованность" понимается как синоним "культурности". Когда говорят "цивилизованный человек" часто подразумевают "культурный", "образованный".

 

С Днем Победы

Наполовину славяне


Тема: Интересно знать


Обновлено: 26.07.2014 - 11:02

БРАТЬЯ

Братья Михаил, будущий архиепископ Мефодий, и Константин, по прозвищу Философ, в монашестве Кирилл, родились и выросли в греческом портовом мегаполисе Фессалоники (Солунь, по-славянски). У офицера ромейской армии друнгария Льва, славянина по происхождению, и его супруги гречанки Марии было много детей. Михаил и Константин были старшим и младшим из них. Солунь была вторым по величине и значению городом Византии, центром многоязычной имперской провинции Македонии, где наряду с официальным языком — греческим — была в широком употреблении также славянская речь. К началу IX века многочисленные славянские племена занимали огромную, по тогдашним меркам, территорию от Ладоги до Средиземного моря и от Эльбы до Среднего Поволжья. А Евангелие Христово, из века в век традиционно передававшееся в тогда единой Вселенской Церкви по-гречески (на востоке) и по-латински (на западе), славянам оставалось недоступно...

Икона святых Кирилла и Мефодия
Икона святых Кирилла и Мефодия письма Захария Зографа.
Болгария, Троянский монастырь. 1848 г.

Воспитываясь в христианских традициях, оба брата с детства были двуязычными — свободно владели и греческим, и славянским (возможно, древнеболгарским) языками. Старший сначала пошел по стопам отца: рано поступил на военную службу и уже в двадцать лет управлял одной из славяно-болгарских областей, подчинявшихся Византии. Но через десять лет он оставил военно-административное поприще и удалился в монастырь, на горе Олимп (в Малой Азии), где постригся в монахи с именем Мефодий. Всё свободное от послушаний и молитв время он посвящал чтению и самообразованию. В конце 850 — начале 860-х годов он стал настоятелем Полихрониева монастыря, расположенного недалеко от Олимпа на берегу Мраморного моря.

Младший, Константин, уже с малых лет выделялся незаурядными способностями. В ранней юности он учился в Магнаврском университете (высшей школе Константинополя) у лучших столичных учителей, в том числе и у Фотия, будущего патриарха Константинопольского. Он в совершенстве постиг все науки своего времени, а также освоил многие языки. По окончании обучения Константин, отказавшись от выгодного брака, принял сан иерея и был назначен хартофилаксом — хранителем Патриаршей библиотеки при храме святой Софии Константинопольской. Однако вскоре после этого покинул столицу и тайно ушел в один из дальних монастырей на черноморском побережье. Но его разыскали и вернули в Константинополь для преподавания курса философии в родной alma mater. Тогда-то молодой ученый и получил прозвище Философ.

Миссия

В 860-861 годах повелением императора Михаила III и Патриарха Фотия I Константин был поставлен во главе миссии по просвещению хазар. К этому предприятию присоединился и Мефодий. По пути братья остановились в Херсонесе Таврическом (по-славянски — Корсунь), где им удалось обрести мощи святителя Климента, папы Римского (+97-101). В ставке Хазарского кагана Константин Философ одержал блестящую победу над иудейскими и мусульманскими богословами и лично крестил около двухсот хазар.

Вскоре после этого, в 863 году, к Михаилу III обратился князь Великой Моравии Ростислав с просьбой разъяснить христианскую веру на славянском языке. Эта просветительская миссия также была поручена солунским братьям. Их задача значительно облегчалась тем, что ранее по собственной воле они уже создали специальную азбуку для фиксации южнославянского наречия, с детства хорошо им знакомого. Более того, они уже сумели перевести на это наречие важнейшие богослужебные тексты. Разумеется, этнически и лингвистически мораване принадлежали к западнославянской ветви, а значит, язык привезенных братьями переводов несколько отличался от живой народной речи моравских славян. Но этот язык был предложен им не как разговорный, а как высокий — литературный, книжный и сверх того — богослужебный. В столице Моравии Велеграде Константин и Мефодий около трёх лет обучали учеников новой славянской азбуке и богослужению по восточному обряду, продолжая переводить литургические книги.

В те времена бытовало представление, что языками Священного Писания и христианского богослужения могут быть только три «классических» — греческий, латынь и иврит. Это, а также текущая церковная и политическая обстановка заставили братьев искать поддержку своему предприятию уже не в Царьграде, а в Риме (тогда Церковь Христова была единой). В начале 867 года по пути в Вечный Город они остановились в Паннонии, где успешно обучили тамошнего князя Коцела и множество новых учеников славянской грамоте, а к началу 868 года прибыли в Рим, неся с собой обретенную в Корсуни частицу мощей святителя Климента, духовного покровителя Вечного Города.

МЕЖДУ РИМОМ И ВЕЛЕГРАДОМ

Эту святыню Константин передал Папе Адриану II, который принял братьев с большим почетом и благословил совершать богослужение на славянском языке. Монаха Мефодия папа рукоположил в иеромонаха, а его учеников — в пресвитеры и диаконы. Специальным посланием князьям Ростиславу и Коцелу Адриан II узаконил и славянский перевод Священного Писания, и отправление богослужения на славянском языке. Почти два года братья провели в Риме. Одна из причин тому — ухудшающееся здоровье Константина. В начале 869 года он принял монашеский постриг с новым именем Кирилл, а 14 февраля мирно скончался. Перед смертью он взял с Мефодия обещание продолжать начатое в Моравии дело. По распоряжению Папы Кирилл был погребён в римской базилике святого Климента.

По смерти Кирилла Папа Адриан рукоположил Мефодия в сан архиепископа Моравии и Паннонии. Это позволило просветителю, вернувшись в Паннонию, успешно продолжить миссию по просвещению славян, вовлекая в сферу своей деятельности население чешских и польских земель. При этом он перевел на славянский язык книги Ветхого Завета, правила Вселенских Соборов и некоторые другие книги. Сменивший почившего Адриана II новый римский епископ Папа Иоанн VIII в 880 году специальной буллой подтвердил законность богослужения на славянском языке.

В 881 году по приглашению византийского императора Василия I Македонянина святитель Мефодий вместе с учениками, помогавшими ему в переводах, совершил путешествие в Константинополь, посетив по пути болгарские земли.

Возвратившись в Моравию, Мефодий в конце 884 года успешно завершил перевод канонических книг Ветхого Завета и 19 апреля 885 года, в Вербное воскресенье, окончил свой земной путь. Он был погребен в соборном храме Велеграда, столицы Великой Моравии. Отпевание великого просветителя совершалось на трёх языках — славянском, греческом и латинском.

ПРОТОИЕРЕЙ ВИТАЛИЙ ГОЛОВАТЕНКО

ГЛАГОЛИЦА И КИРИЛЛИЦА

«В начале было Слово»,— сказано в Евангелии Иоанна в русском переводе. И началом русской литературы были тексты не Пушкина и даже не Ломоносова. Она началась именно с евангельских текстов, однажды переведенных на славянский язык и написанных славянскими буквами. Ведь христианство — это письменная религия, религия Слова, и новообращенным славянам было важно прочесть и услышать евангельские слова на родном наречии, чтобы уразуметь их глубокий смысл.

В конце X века князь Владимир (Василий) Святославич I принимает Святое Крещение (скорее всего, в Херсонесе Таврическом — средневековой крымской Корсуни) и затем крестит своих подданных в водах Днепра в стольном граде Киеве.

Но что значит крестить целый народ, всей Русью принять новую веру? Надо построить храмы, пригласив византийских мастеров, надо украсить эти храмы мозаикой и фресками, изображающими события Ветхого и Нового Заветов, наконец, в этих храмах надо совершать богослужение. А для этого нужны книги! И такие книги, чтобы новообращенные люди понимали слова Христа.

К счастью, Священное Писание ко времени крещения Руси уже было переведено на древнеславянский язык первоучителями славян — святыми Кириллом и Мефодием в сотрудниче­стве с учениками и верными последо­вателями. Прежде всего, как полагают исследователи, Кирилл составил для славян глаголицу — азбуку, главные элементы которой — крест, треуголь­ник и круг — символизировали основ­ные понятия христианства: Распятие, Святую Троицу и Жизнь вечную. Это был алфавит, специально созданный гениальным ученым — филологом и философом — Константином (Кириллом), чтобы донести до новообращенных славян божественный смысл Священного Писания. Поэтому имен­но глаголица считается древнейшей славянской азбукой.

Позже, уже в Болгарии, куда были изгнаны немецким духовенством ученики братьев после их смерти, на основе греческой графики последователи солунской двоицы создали вторую славянскую азбуку — кириллицу, получившую широкое распространение в Болгарии и на Руси. В 993 году в древней столице Болгарского царства Великом Преславе состоялся Поместный церковный собор, на котором славянская азбука окон­чательно была признана священным языком славян-христиан, за что в свое время так ратовал Кирилл-Константин на богословском диспуте в Риме.

Надо помнить, что древнеславян­ский язык, на который первоучители переводили Евангелие и на котором распространялись по Руси многие богослужебные тексты, — это язык литературный, то есть сознательно выработанный на основе восточно- и южно-болгарских диалектов для высокой цели — чтения Священных текстов и совершения богослужения. Известно, что и до своего крещения Русь пользовалась кириллическим алфавитом, но лишь в административных, деловых, общегосударственных целях. Однако возникновение письменности и возникновение литературы — это стадиально разные явления. Одно предшествует другому и обусловливает его. В Древней Руси в силу разных причин, прежде всего в силу открытости её путей и границ внешнему миру, эти два явления почти совпали по времени. Главными книжниками на Руси были монахи, и монастыри скоро стали основными центрами древнерусской литературы. Её рукописный характер порождал неизбежные варианты и редакции текста, что невозможно в литературе Нового времени. Но в чём же состояла цель древнерусской литературы?

ВСТРЕЧА С НЕ НЕИЗВЕСТНЫМ

В Повести временных лет под 1037 годом помещена так называемая «Похвала книгам», где говорится о том, как новгородский князь Ярослав Владимирович (Ярослав Мудрый), сев на киевский стол, «заложил» храм святой Софии по образу Софийского собора в Константинополе «и собрал писцов многих, и прекладаша они книги с греческого на словенский язык». И далее летописец сравнивает покровительство Ярослава книгописному делу и распространению книжности с земледельческим циклом — важнейшим в жизнедеятельности средневекового человека. Как отец Ярослава, князь Владимир, землю вспахал и разразмягчил, то есть Святым Крещением просветил, так и Ярослав «засеял книжными словесами сердца верных людей». А мы, продолжает летописец, принимаем учение книжное и читаем, «получая великую пользу душе своей». Значит, литература в Древней Руси — это не просто чтение с желанием узнать что-то новое или отдохнуть от трудов: это, прежде всего, «учение», душеполезное чтение. Древнерусские читатели не ждали неожиданностей — напротив, они стремились встретиться с известным, потому что Главная Книга уже написана!

Святые Кирилл и Мифодий создают азбуку.
Святые Кирилл и Мифодий создают азбуку.
Миниатюра из Радзивилловской летописи. XV в.

Древнерусский писатель — не совсем писатель, в нашем понимании этого слова. Будучи христианином, он не признавал себя создателем конкретного произведения, его творцом, ибо Творец один. Поэтому в рукописях он часто называл себя малограмотным, неумелым, даже «псом смердящим», писал, что «в Афинах не учился» и т. п. Но читатель понимал, что коль скоро автор таков, а написанное им сочинение наполнено высоким духовным содержанием, то не кто иной, как Бог, даровал ему по усердной молитве умение написать данный текст. И о чём бы ни рассказывали древнерусские книжники — о битвах, о духовном подвиге монастырских подвижников, о путешествиях в Святую Землю,— за границами строк прочитывался библейский текст. Библия в древнерусской литературе присутствует всегда, освящая её светом вечности. По словам Д. С. Лихачева, древнерусскую литературу можно назвать «литературой одной темы и одного сюжета. Эта тема — смысл человеческой жизни, а сюжет — вся мировая история».

ЛИТЕРАТУРА-ПОСРЕДНИЦА

Восточно-христианская литература попала на благодатную, подготовленную почву: «дарам чужих волхвов предшествовали дары своих пастухов» (Д.С. Лихачев). Византийские раннехристианские памятники оказались востребованы на Руси потому, что в ней уже была высоко развита культура устного слова, о чем свидетельствуют, например, зафиксированная в летописях формульность посольских речей и речей княжеских перед выступлениями в поход, слог торжественных клятв, этикетность описания сражений. Наша литература появилась не как запись устных легенд и преданий, а как совершенно новое явление для древнерусского человека — вчерашнего язычника, как первоначально чужая (поскольку византийская) и чуждая (поскольку христианская) культура. Через книжные переводы Древняя Русь знакомилась не только с ветхозаветной и новозаветной историей, патристикой, гомилетикой, гимнографией и агиографией, но и с историческими сочинениями-хрониками, повестями, своеобразными компендиумами естественно-научного характера, апокрифами. Молодому, христианизированному народу надо было как можно быстрее освоить и усвоить огромный пласт раннехристианской литературы, которая насчитывала не менее шести столетий с тех пор, как Миланским эдиктом 313 года император Константин сделал христианскую религию государственной и прекратил гонения на христиан.

И древнеславянские книжники, сначала в Болгарии (Болгария была крещена на сто лет ранее Руси), затем на Руси, прекрасно справились со своей задачей. Эту литературу, написанную на общем для всех славян литературном языке, имевшую наднациональный характер, Д. С. Лихачев назвал «литературой-посредницей», которая не нуждалась в переводе на отдельные славянские языки. Она выполняла объединяющую функцию, как и общая вера и общий язык. Вот эти три фактора и позволяют говорить о литературе и культуре Pax Slavia Orthodoxa или о мире православного славянства. Уже в середине-конце XI века появляются не переводные, а оригинальные, замечательные по своей художественной силе памятники древнерусской литературы, такие как «Слово о Законе и Благодати» первого русского митрополита Илариона, «Повесть временных лет», Жития святых князей Бориса и Глеба, Житие преподобного Феодосия Печерского. В них, как и во многих других произведениях древнерусской литературы,— источники и истоки нашей классической русской литературы Нового времени.

МИЛЕНА РОЖДЕСТВЕНСКАЯ
VIA HISTORICA



 Просмотров: 1676

 ← Загадка гибели линкора ВЫСТРЕЛЫ В ДАЛЛАСЕ